— Александр Тимофеевич, Вы начинали работать достаточно давно. Можете сравнивать: что сильнее всего изменилось за последние десять лет?
— В первую очередь, снизился в процентах объем продаж. Когда мы начинали, была абсолютно другая экономическая ситуация. Тогда доходность росла за счет инфляции: товар проходил через десятки рук, иногда достигало 30-40. Сейчас не так: если сгущенное молоко стоит 12-50, то завтра его цена уже не вырастет резко до 18-ти рублей. Инфляции-то нет. В те годы можно было просто держать товар и таким образом зарабатывать. При этом товар даже не всегда доходил до потребителя, а просто вращался. Движения были максимальными, и мы отгружали товар «КаМАЗами». Сегодня структура звена существенно сократилась: производитель – торговая база – потребитель (через магазин), без десятка посредников.
— Но и сейчас многие говорят, что нормальной организации торговли мешает «чрезмерное» количество оптовых организаций. Некоторые эксперты утверждают даже, что для региона достаточно 3-5 крупных структур, полностью обеспечивающих поставки всех видов товаров. Вы согласны с этим?
— Вряд ли есть смысл говорить о каком-то искусственном сокращении: пока спрос равен количеству предложений, это нормально. Несмотря на большое количество оптовиков, нам удается достаточно мирно сосуществовать: у каждого — свои поставщики и свои же – покупатели. «Продопт», например, достигнув показателя в три тысячи наименований, уже может позволить себе выбирать поставщиков. И мы продолжаем расширение ассортимента, регулярно его обновляем, выбирая более качественных поставщиков. Я имею в виду тех поставщиков, кто уделяет большое внимание качеству. Если точнее — мы отбираем товар, который больше востребован по качеству, чем благодаря рекламе. Люди уже сегодня попробовали многие товары и понимают, что продукция с негромким именем может быть ничуть не хуже раскрученного брэнда. Еще одна рыночная ниша, которую мы определили доля себя недавно – это «ставка на доставку» продуктов в столовые, бары и рестораны. Это очень перспективное направление: редкий оптовик поедет с двумя коробками в столовую, а мы поедем и повезем!
— А какие еще есть критерии отбора, кроме статистики продаж?
— Главное – это обратная связь с магазинами и с предприятиями. Они высказывают мнение, дают свои отзывы типа «Вот это вот плохое масло» или «Этот товар – хуже того, который был». И мы, понятное дело, сразу реагируем — стараемся уменьшать объемы «негатива» и увеличивать ассортимент того, что лучше. Тем более сейчас, когда отменили ГОСТ по маркировке товара. Теперь на упаковке не будет указано, кто производитель и какой состав.
— Так это плохо или хорошо?
— Я считаю, плохо – как для потребителя, так и для нас, поставщиков. Потому что раньше легче было сделать оценку товара – почему он такой и цена такая. Например, масло теперь будет называться просто «масло сливочное», а какая там жирность, вообще, и какой процент маргарина, в частности – поди разберись. Из чего сделан пряник? Существует там вообще мука или нет? Состав-то ведь не написан – может, он вообще из крахмала сделан! Бывает ведь, что и из крахмальной массы пряники делают. Также на упаковке не будут «афишироваться» ни эмульгаторы, ни красители с окислителями – будет просто пряник красивый и всё.
— Почему же так сделали, как Вы считаете?
— Да потому что западные поставщики в последнее время фактически потеряли российский рынок. Поэтому мы как непосредственные поставщики продуктов в розничную торговлю со своей стороны предпринимаем все возможное, чтобы в магазины попадал именно качественный товар, более натуральный. Пусть с более коротким сроком хранения, но зато натуральный.
— С «родными» производителями легче работать?
— Ну это смотря о каких продуктах говорить. Любинская сгущенка, например, – по-прежнему авторитетный местный брэнд. А вот специи в Омске просто не производят. Поэтому везем их из Сочи, с Кавказа. Консервация вся – импортная, потому что именно ее требуют заказчики. Масло растительное – тоже привозное, потому что наши предприятия его фасуют, но пока не производят. И так – по большинству товарных групп. Взять те же макароны: хоть и производятся у нас в огромном количестве, но челябинские макароны твердых сортов все равно по качеству лучше
— И расстояния не мешают…
— Да. Сейчас большинство компаний дорожат устойчивыми партнерскими связями. К тому же мы постоянно «держим руку на пульсе» — присматриваемся, анализируем то, чем занимаются конкуренты, ставим себе конкретные задачи. Но есть еще другая сторона бизнеса – отношения с властью. С ней нет больших проблем только в том случае, если знаешь законы. А вообще, бизнес и власть у нас пока, к сожалению, слишком сильно связаны, практически неотделимы. Допустим, приходит во власть руководитель, у которого 30 магазинов и оптовая база, и местные законы начинают делаться уже «под него». По человечески это понятно: каждый человек, в первую очередь, работает на себя и выражает свои интересы, — но для экономики это вряд ли полезно.
— Многие вообще говорят об омском регионе категорично — «дыра»…
— Не думаю, что можно так однозначно говорить, что все плохо и некрасиво. Просто, по-моему, нет слаженной работы между персоналом. Возьмите, к примеру, такое явление как должники. В Омске есть предприниматели, которые задолжали одним и тем же компаниям и могут спокойно по 6-7 месяцев не расплачиваться. И при этом – в чем и состоит парадоксальность нашего регионального рынка – должник знает, что не останется без товара, даже если будет должен сразу пятидесяти поставщикам. Думаю, что должно быть какое-то общее, совместное решение этого вопроса. Надо решать и вопрос со «сбрасыванием» товара по низкой цене. Соседним регионам – Томску, Новосибирску и т.д. — в этом смысле легче, потому что там больше собственных производителей. Но и у нас работать можно, если совместно решать наиболее острые проблемы, которые «портят жизнь».
Интервью взяла Оксана Киселева
Loading...